Популярные запросы:

Версия для слабовидящих

Размер текста:

Цветовая схема:

Изображения:

Сайты ДГТУ
Академик Лачуга: мы прикладываем усилия для того, чтобы получить высокие показатели эффективности как в растениеводстве, так и в животноводстве

Академик Лачуга: мы прикладываем усилия для того, чтобы получить высокие показатели эффективности как в растениеводстве, так и в животноводстве

Академик РАН, член президиума РАН, выпускник РИСХМа (ДГТУ) Юрий Федорович Лачуга рассказал о перспективах нового революционного метода уборки урожая, разработанного при участии ученых ДГТУ и АНЦ «Донской», основных проблемах в области механизации производства и переработки зерна, способах их решения, а также об актуальной ситуации в области селекции.  

– Юрий Федорович, Вы являетесь научным вдохновителем разработки революционного метода очеса на корню. В чем преимущество этого метода по сравнению с комбайновой уборкой и можно ли использовать полученное в результате обработки зерно при создании комбикормов?

– Этот метод интересен тем, что он менее энергоемок. Экономия энергии не менее важна, чем экономия времени. Ресурсосбережение достигается за счет того, что через молотильный аппарат не проходит стеблевая масса – она не травмируется, не разрывается – на что в обычном молотильном аппарате уходит много энергии. Второе преимущество метода в том, что можно проводить очес еще не полностью созревшей массы колоса. Когда зерно еще не созрело, оно имеет влажность более 20%, часть колоса и пленка зерна могут использоваться вместе с несформировавшимся окончательно зерном колосовых культур для специфических кормовых добавок при производстве сельскохозяйственной продукции. Чем больше влажность зерна, тем легче получать гранулы – за счет собственной клетчатки и белка они будут удерживать всю свою массу в грануле. А гранула предполагает длительность хранения, ее можно измельчить и давать молодняку, зрелому скоту, птице и даже рыбам в качестве комбикорма.

На поле этот метод в целом отработан, к его реализации подключены сотрудники ДГТУ, включая члена-корреспондента РАН Виктора Ивановича Пахомова и декана факультета «Агропромышленный» Дмитрия Владимировича Рудого, а также сотрудников АНЦ «Донской» в г. Зернограде. Кроме того, научная школа «Система дифференцированной уборки и переработки зерновых колосовых культур с использованием новых физико-механических принципов» ДГТУ, одним из руководителей которой я являюсь, занимается реализацией многочисленных исследований, результаты которых в перспективе внесут вклад в развитие агропромышленного комплекса и смежных с ним сфер.

Также ведутся работы с такими культурами, которые имеют оригинальное строение – те культуры, которые были выведены ранее, и те, над которыми сегодня работают наши коллеги. Например, гибридная пшеница сорта Трититригия Цицина и сизый культивированный пырей сорта Сова – их преимущество в том, что они засухо- и морозоустойчивые. С тех пор, как их вывел академик Николай Васильевич Цицин, их осталось очень мало. Они могут вегетировать – расти – и давать продукцию не один раз в год, как традиционные зерновые культуры, а несколько раз в год, что способствует повышению продуктивности полей и растениеводства в целом. Также у них очень хорошая кустистость.

Мы занимаемся этими исследованиями уже не один год. Как показывают результаты, это направление очень эффективное. Безусловно, необходимо провести еще ряд биологических исследований на определение компонентов этой зерносоломистой массы, а также их качества. Планируем подключить к нашему исследованию все компетентные в этом вопросе лаборатории ДГТУ, а также сторонних экспертов в этой области.

– В чем Вы видите основные проблемы в области механизации производства и переработки зерна? Каким образом можно решить их?

– Во-первых, при производстве зерна нам необходимо заниматься сохранением и повышением плодородия почвы. Та база, которая была сформирована еще в советское время для получения минеральных удобрений, позволяет нам существенно повысить урожайность российских полей. Но мы, к сожалению, держим наши земли на голодном пайке, так как не вносим столько минеральных и органических удобрений, которые требуются для возделывания всех культур растениеводства.

В этот раз я проехал более 400 км по территории Ростовской области и заметил, как везде подавляется культура подсолнечника, которая очень важна для земледелия. Подсолнечник требует много питательных веществ. В идеале он должен приходить на одно и то же поле через каждые 6 лет – на 7-й год согласно методу семипольного севооборота, который базируется на чередовании культур из разных семейств. А у нас он приходит на 3–4-й год, а иногда даже на 2-й на одно и то же поле. Если мы не даем ему достаточное количество удобрений, то он берет их из того, что накоплено в почве в течение сотен тысяч лет естественным путем. Эта проблема не позволяет нам существенно повысить в целом на территории нашей страны и урожайность культур, и качество таких важных компонентов зерна, как белок и клейковина.

Приятно удивил тот факт, что в этом году Целинский район оказался в благоприятной зоне возделывания зерновых культур. Согласно предоставленным мне во время визита в Целину данным, средняя урожайность по площадям района составила 51,7 ц/га. Это хороший показатель урожайности, но она могла быть и выше, если бы поля получали необходимое количество удобрений. Нехватка органических удобрений аргументируется резким сокращением прежде всего поголовья крупного рогатого скота (КРС), поэтому переработанного навоза крайне недостаточно для того, чтобы поддерживать баланс плодородия почвы. Порой мы просто «проедаем» почвенное плодородие: из почвы выносим гораздо больше питательных веществ с урожаем, чем вносим. Так не может долго продолжаться. Почва требует сохранения и бережного отношения к себе.

Во-вторых, есть проблема обеспеченности сельскохозяйственной техникой – тракторной, комбайновой, зерносушильной и другими. К сожалению, всей этой техники не хватает, поэтому нагрузка на имеющуюся в разы выше, чем это было в советское время. Вместе с этим затягиваются сроки уборки урожая, обработки почвы, посева. Все это приводит к возделыванию в неблагоприятные периоды и снижает потенциал того семени, которое высевается на полях.

И в-третьих, конечно, проблемы в экономике зернового хозяйства, которая не дает оснований говорить, что мы получим в этом году хорошую рентабельность при производстве зерна, даже пшеницы. Сегодня сложившаяся политическая обстановка в регионах страны и новых территориях РФ не позволяет четко наладить вывоз зерна, поэтому искусственно создаются его излишки.

Необходимо улучшать политику производства более качественного сырья сельхозтоваропроизводителей. Продукция более высокого качества требует больше финансовых вложений, а рентабельность при этом падает, поэтому выходит на простые севообороты, простые методы возделывания культур.

На сегодня мы используем порядка 20 млн тонн минеральных удобрений, а на свои поля вносим лишь ¼ часть. На 1 га по стране вносится порядка 50–55 кг удобрений в действующем веществе. Учитывая тот факт, что в России находится 50–55% мировых черноземов, мы часто полагаемся на естественное плодородие и прикладываем недостаточно усилий для его повышения.

– Какие проблемы у нас есть в смежных с растениеводством областях, например, в животноводстве?

– В сфере животноводства у нас еще больше проблем, чем в растениеводстве, в том числе в сфере генетики, селекции и получении молодняка. В птицеводстве мы полагались больше на зарубежные компании, в основном американские и голландские, а сегодня эти страны для нас недружественные. Теперь приходится рассчитывать на свои ресурсы. Сегодня на базе Всероссийского научно-исследовательского и технологического института птицеводства Российской академии наук мы проводим исследования по получению отечественного кросса птиц, который был бы не хуже импортного. Активную работу здесь проводит группа ученых под руководством Владимира Ивановича Фисинина – ученого мирового уровня в области промышленного птицеводства и организации сельскохозяйственной науки. Получены уже эффективные промежуточные результаты.

Что касается производства мясных продуктов в России, до 1990 года на первом месте по объему производства и потребления была говядина, на втором – свинина, а на третьем – мясо птицы. Сегодня на первом месте – мясо птицы, а говядина – на последнем. Хотя говядина – самое ценное и полезное для человека мясо, кроме того, коровы приносят и удобрение для полей.

Конечно, сегодня стоит выделить еще одну проблему – производство молока. В 1990 году в России производили 53 млн тонн молока (2,8% жирности) в год, а сейчас порядка 32–33 млн тонн. Для восполнения недостатка животного жира мы стали использовать пальмовое масло – жир растительного происхождения.

Кроме того, не стоит обделять вниманием еще одну проблему в сельском хозяйстве – мелиоративные системы, которые необходимо развивать и увеличивать количество мелиорированных земель. Также нужно внедрять процесс осушения от излишней воды на определенных территориях, где она в избытке, и осуществлять подачу воды в те районы, где ее недостаточно. Количество мелиорированных земель в России на сегодня составляет порядка 6–8% от общей площади пашни в целом.

Конечно, это связано напрямую с климатическими изменениями, которые мы наблюдаем сегодня. Зона зерновой продукции активно продвигается на север страны. Россия в этом отношении очень выигрывает и не несет такие большие издержки, как другие страны. Но все же нам стоит контролировать ситуацию и заниматься производством сельхозпродукции в новых климатических условиях. Мы прикладываем усилия для того, чтобы получить высокие показатели эффективности как в растениеводстве, так и в животноводстве.

– Как обстоит на сегодня дело с селекцией? Выводятся ли новые сорта? Как часто? Какие перспективы у этой отрасли?

– Над этим вопросом непрерывно работают специализированные институты Минсельхоза и Минобрнауки РФ. Ежегодно мы выводим 300–350 новых сортов, включая гибриды, для использования в сельскохозяйственном производстве. Это очень большой труд.

В этом году я принимал участие в полевых испытаниях пшеницы, которую возделывает Московский научно-исследовательский институт «Немчиновка» на своих экспериментальных полях. Еще не успел сформироваться сорт, не прошли все испытания, но мы получили уже 147 ц/га (при пересчете на базисную влажность 14%).

Наша задача состоит в том, чтобы цифры, которые получает ученый и которыми оперирует селянин, были как можно ближе друг к другу. Ученые оценивают потенциал пшеницы в 100–120 ц/га, а в реальности имеем около 30–35 ц/га. Слишком большая разница. Нам необходимо строже спрашивать с сельхозтоваропроизводителей за качество выполнения сортовых технологий, так как каждый сорт максимально раскрывает себя тогда, когда почва, а вместе с ней и он, получает все, что требуется – и относительно энергии, и питательных веществ, и средств защиты растений. Все должно приходить вовремя и в нужном количестве.

Кроме того, было бы здорово решить проблему семеноводства на государственном уровне. В советское время было отдельное объединение, которое занималось производством семян в достаточном для страны количестве. Ежегодно мы высеваем на поля страны порядка 150 культур общим объемом семян 12–13 млн тонн. До 1990 года существовала четко отстроенная система семеноводства, на сегодня она разрушена, взамен ничего не создано до сих пор. У одной науки для этого недостаточно ресурсов.